Re:Zero 4
В июне четвёртый сезон «Re:Zero» полностью захватил аниме-интернет мемами про larp-фанатов, aura monster и о том, как мама автора отказывается от своего сына. Всё дело в том, что арка «Башни Плеяды» отличилась особенно высоким уровнем жестокости, неожиданным даже для такого кровавого аниме.
Таппэй Нагацуки продолжает психологически и физически перемалывать Нацуки Субару, показывая, как человек может пережить полную деперсонализацию. И в этом авторском садизме и провокации не теряется, а даже ещё больше подчёркивается важное высказывание об эскапистской природе отаку-культуры и мужестве принять себя и свои страхи.
О том, как «Re:Zero» переосмысляет популярные жанры и почему сериал стал одним из важнейших феноменов в японской поп-культуре последних лет, мы рассказывали здесь.
Дневник разных стран
Тридцатипятилетняя писательница Макио Кодай после гибели сестры и её мужа берёт под опеку племянницу Асу. Пытаясь помочь девочке пережить утрату, она предлагает вести дневник. Совместная жизнь заставляет их шаг за шагом разбираться в себе, старых обидах и хрупких семейных связях.
В эпоху, когда анимационная экспрессия особенно поощряется продюсерами и аудиторией, режиссёрка Миюки Осиро пошла на смелый шаг полностью отказаться от пёстрой выразительности в пользу более тонкой и интимной режиссуры. Благодаря этому чувственность и невероятная трогательность манги Томоко Ямаситы была бережно сохранена, став крайне точной, местами резкой и до боли знакомой всем историей о проживании скорби и вынужденном взрослении.
О том, как как аниме удаётся передать разный опыт одиночества и переживания горя и почему «Дневник разных стран» — обнадёживающий портрет современных японских женщин, мы рассказывали здесь.
Ребёнок идола 3
Экранизация манги Аки Акасаки уже сама по себе важный провокативный феномен в современной японской культуре, очень точно и метко вскрывающий изъяны поп-индустрии. Однако в третьем сезоне история мести Аквы Хосино наконец-то доходит до своей кульминации с соответствующим размахом.
Студия Doga Kobo во главе с режиссёром Дайсукэ Хирамаки вовсю используют экспрессивные анимационные и режиссёрские решения, доводя историю до крайнего эмоционального напряжения. Параноидальной атмосферой, акцентом на психологизме и смешением гротеска и реализма они ещё сильнее подчёркивают неразрывность психологической дисфункциональности героев с их нахождением в индустрии развлечении.
О том, как Ака Акасака рассказывает об устройстве японской индустрии развлечений и почему «Звёздное дитя» — на самом деле история очень токсичной, но искренней любви, мы рассказывали здесь.
Магическая битва: Смертельная миграция
Второй сезон «Магической битвы» хоть и стал образцом анимационной экспрессии, но всё-таки был промежуточной точкой в амбициях Сёты Госёдзоно. В третьем же режиссёр перестаёт ограничиваться условностями хоть какой-либо визуальной согласованности, отдавая вожжи повествования полностью в руки киноязыка и его многоликой мета-контекстуальности.
Поменяв почти полностью нарративную форму Геге Акутами, Госёдзоно и аниматоры MAPPA сделали из плоского сёнэна настоящий артхаус, наполнив его пространство бесконечным символизмом, наглядными референсами на мировое искусство. Но самое великое достижение создателей экранизации — эталонная работа с экшеном: более красочных, динамичных и эпических баталий не было в телевизионной сериальной анимации очень давно.
О том, как «Магическая битва» стала настолько популярной и почему экранизация обернулась катастрофой индустриального масштаба, мы рассказывали здесь.
Троецарствие Японии
Главный сюрприз минувшего полугодия — экранизация манги Икки Мацуки от студии Kafka и режиссёра Кадзуаки Тэрасавы. Амбициозная история об объединении Японии будущего после гражданской войны всех поразила с первой же серии своей гротескной трагикомедийностью и необычным визуальным стилем, создающим ощущение ожившей манги.
Тэрасава показывает абсолютную свободу и изобретательность в выборе режиссёрских решений, будь то камера от первого лица или яркие цветовые акценты в монохромной палитре. Это не только помогает раскрыть историю Аотэру, но и внушает надежду в саму аниме-индустрию, казалось бы застывшую в страхе перед неудобными и рискованными творческими и смысловыми экспериментами.
Ателье колдовских колпаков
Коко, мечтающая стать волшебницей, однажды получает книгу запретных заклинаний. Не подозревая о зловещей природе своего подарка, она повторяет из неё начертания магического круга, из-за чего случайно превращает свою маму в камень. От гибели её спасает колдун Кифри, который тут же делает девочку своим подмастерьем, чтобы помочь спасти маму.
Самый ожидаемый сериал этого года должен был выйти ещё в прошлом году, но студия BUG Films перенесли премьеру, чтобы доработать анимацию. Признанный ветеран аниме-индустрии Аюму Ватанабэ приложил все усилия, чтобы бережно передать уникальное видение Камомэ Сирахамы. В итоге вышел один из самых волшебных и захватывающих сериалов десятилетия, который обещает только развиваться и удивлять.
О том, каким вышло новое большое фэнтези и почему это не просто милое аниме о девочках-волшебницах, мы рассказывали здесь.
Дорохедоро 2
Второй сезон «Дорохэдоро» ждали шесть лет, за которые мир и сама японская анимация успели измениться до неузнаваемости. Однако студия MAPPA и режиссёр Юитиро Хаяси остались верными своей любви к CG-анимации, несмотря на недовольство многих зрителей. И оказались правы.
Смесь компьютерной и рисованной анимации стала визитной карточкой проекта, отлично передавая гротеск и эклектику манги-первоисточника Кю Хаясиды. Именно симбиоз современных и традиционных форм японской мультипликации в купе с осознанным отношением к оригинальной истории сделали второй сезон чуть ли не самым выдающимся примером, что 2,5D-аниме может быть ничем не хуже 2D.
О том, чем удивляет суровый и абсурдный мир магии «Дорохэдоро», почему его отталкивающая атмосфера так притягивает взгляд и что нового в аниме-индустрии может сказать история 26-летней давности, мы рассказывали здесь.
Золотое божество: Финал
Японские продюсеры в очередной раз одурачили наивных зрителей подзаголовком «Финал», на самом деле лишь подготовив почву для кульминации истории айнской принцессы Асирпы и японского солдата Сугимото. В предыдущих сезонах мангака Сатору Нода вместе с героями и зрителями метался между радикальными сепаратистскими идеями, мастерски совмещая эмоциональное с историческим.
Однако пятый сезон наконец-то смог не только показать банальность милитаристского зла, но и сформулировать чёткую авторскую позицию о сложном наследии японского империализма. Создателям удалось завершить важнейшие арки многих персонажей и сохранить, если не довести до идеала баланс между серьёзностью драмы и откровенной буффонадой.
О том, что нового сообщает «Золотое божество» о войне, как Сатору Нода показывает антиколониальную борьбу малых народов и зачем в истории так много чёрного и туалетного юмор, мы рассказывали здесь.
Ледяная стена
Замкнутая Коюки Хикава предпочитает держаться в стороне от окружающих, однако на её социальные барьеры упрямо посягает одноклассник Минато Амамия. Вместе с популярной Мики Адзуми и добродушным Ётой Хино они проходят через неловкости и сложности юности, учась понимать себя и друг друга.
Бенефис мангаки Коти Агасавы, работы которой в этом году присутствуют в каждом аниме-сезоне, заставляет говорить о ней как о новом классике аниме-романтики. И без «Ледяной стены», в которой авторка крайне трепетно и неочевидно обращается с психологическими проблемами подростков, такой статус было бы тяжело приписать. История коллективного взросления Коюки и её друзей сразу вошла в число образцов новых «осознанных» ромкомов, не боящихся использовать жанровые штампы, чтобы поговорить о буллинге и общественном давлении.
О творческом методе Коти Агасавы и том, что делает «Ледяную стену» одной из самых интересных романтических драм этого года, мы рассказывали здесь.
