Наша история происходит в 1977 году в Бразилии, в очень хулиганские времена…»,
— сообщает открывающий титр. Но времена были, мягко говоря, тревожные. Пик репрессий, казалось, уже позади, однако до окончания военной диктатуры оставалось ещё восемь лет. Загадочный мужчина на жёлтом Volkswagen «Жук» останавливается на заправке, где уже несколько дней лежит прикрытый картонкой труп. Полиция не торопится забрать тело: таких по стране ещё навалом. Люди гибнут в разгар карнавалов, оказываются застреленными прямо на улицах, выброшенными в реку. Человеческая жизнь в Бразилии 1970-х не стоит ничего, а смерть — обычное дело.
Остановившегося заправить машину зовут Армандо (Вагнер Моура), но для чужих он — Марсело. Мужчина едет в прибрежный город Ресифи, чтобы забрать маленького сына, живущего с родителями его покойной жены, и бежать из страны. Он вовсе не секретный агент, как можно решить из названия, а бывший научный сотрудник, перешедший дорогу влиятельному функционеру и теперь скрывающийся от преследований. В ожидании фальшивых паспортов Армандо устраивается на работу в бюро выдачи удостоверений, надеясь отыскать в архивах сведения о своей матери, которую он никогда не знал. Мёртвые живы, пока о них помнят — так он объясняет сыну, что жизнь уже не будет прежней.
Сюжет «Секретного агента» можно излагать по-разному — героев и линий здесь хватило бы на несколько отдельных фильмов. Например: о найденной в брюхе акулы мужской ноге; о полиции, прикрывающей карнавалом убийства в городе; о двух не слишком умных наёмниках, разыскивающих Армандо. Или о том, как в Ресифи Армандо скрывается у смешной старушки доны Себастьяны, бывшей анархо-коммунистки, превратившей свой дом в пристанище для беженцев и диссидентов. У Клебера Мендонсы политическое измерение тесно переплетено с человеческим. Фактурные лица простых людей, в большинстве своём непрофессиональных актёров, создают ощущение пульсирующей жизни. Возможно, для многих из них это не такие уж далёкие времена.
Иногда я думаю, что Бразилия предпочла бы ничего не помнить. Это почти как самопроизвольная амнезия, чтобы избежать обсуждения своего неприятного прошлого», — говорит Мендонса.
В своей предыдущей работе — документальном фильме-эссе «Портреты призраков» — режиссёр размышлял о разрушении коллективной памяти через историю закрывающихся кинотеатров в его родном Ресифи. На протяжении семи лет он собирал архивы, которые возвращали его в детство 1970-х. Материал для «Секретного агента» родился сам собой.
Мендонса придавал особое значение архивам как свидетельствам жизни людей того времени — семейным фотографиям, записям, газетным вырезкам — чтобы персонифицировать прошлое. Но всё это важно для него лишь в связке с настоящим. На момент написания «Секретного агента» у власти находился Жаир Болсонару — ультраправый консерватор, ностальгировавший по военной диктатуре. Больше всего режиссёр боялся возвращения режима и стремился напомнить о кровавых отпечатках истории. Сюжет фильма не ограничивается 1970-ми: годы спустя молодые исследовательницы расшифровывают аудиокассеты с голосами Армандо и его соратников, по крупицам восстанавливая хронику. Так мы узнаём о судьбе главного героя.
Тематически «Секретный агент» перекликается с фильмом Уолтера Саллеса «Я всё ещё здесь», год назад получившим «Оскар» за лучший фильм на иностранном языке. Саллес рассказывает о периоде военной диктатуры в Бразилии через трагедию одной семьи. В 1971 году бывшего конгрессмена Рубенса Пайву, тайно помогавшего подпольному сопротивлению, похищают и увозят на допрос, откуда он уже не возвращается. Жизнь его жены и пятерых детей меняется навсегда. Сентиментальная драма о жертвах репрессий, с акцентом на эмоциональную сторону событий, оказалась для зрителя более доступной, чем эксцентричный «Секретный агент».
В отличие от предельно серьёзного тона фильма Саллеса, снятого по реальной истории, «Секретный агент» позволяет себе иронию и озорство. Мир диктатуры показан не в обесцвеченных тонах, а как пиршество жизни — во всей её полноте, страсти и крови. Здесь могут пристрелить при свете дня, а стоит солнцу зайти за горизонт, по городу носится свирепая отрубленная нога. Последняя, кстати, совсем не выдумка автора. Она была персонажем своеобразных фельетонов, публиковавшихся в бразильской газете Diario de Pernambuco: так в обход цензуры журналисты писали о преступлениях военных и полиции, карикатурно представляя их «Волосатой ногой», распинывающей неугодных режиму.
Не менее значимыми отсылками, чем «Волосатая нога», становятся фильмы «Челюсти» и «Омен», шедшие в бразильском прокате в том году. Люди, живущие в страхе, переносят свои тревоги на экранные развлечения: акула-убийца и маленький Антихрист не так страшны, как то, что может происходить прямо за стенами кинотеатра. Иронично и то, что в финале, разворачивающемся примерно в наши дни, тот самый кинотеатр, где жители Ресифи лицезрели кровожадные расправы, превратился в банк крови. Теперь тут работает повзрослевший сын главного героя, которого в детстве не пускали на «Челюсти» — «чтобы не снились кошмары». Но кошмары преследовали его и без того. Спустя годы, как и многие, он не хочет вспоминать то время.
Можно ничего не знать про бразильскую диктатуру и не считывать многочисленные культурные и исторические отсылки, но нетрудно ощутить эффект присутствия. Когда смотришь «Секретного агента», кажется, будто всё происходит на твоих глазах: и прямо как в жизни, некоторые вещи оказываются неуслышанными и недопонятыми. Кого-то убили, кто-то куда-то бежит, зато солнце светит и на улицах праздник.
Читайте также о других номинантах на «Оскар»:
- «Хамнет» — пронзительная драма Хлои Чжао о союзе искусства и горя
- «Битва за битвой» ПТА — главный блокбастер года?
- «Бугония» Йоргоса Лантимоса: Заслуживает ли человечество второй шанс?
- «Франкенштейн» Гильермо дель Торо: Лучшая роль Джейкоба Элорди
- «Марти Великолепный» — куда приводят мечты
- «Сентиментальная ценность» — лучший фильм Каннского фестиваля (а возможно и года)
- «Грешники» — маленькая победа большого авторского кино
- «Сны поездов» Клинта Бентли — поэзия повседневности
