Сюжет
В захолустном городке к хирургу Горо Амамие тайно приходит беременная 16-летняя айдолка Ай Хосино. Доктор уже давно был большим поклонником певицы, начав её поддерживать в память о своей пациентке Сагири, для которой фанатизм по Ай был единственной опорой в жизни. В день, когда Амамия должен был принять роды у любимой айдолки, на него внезапно напал её сталкер.
Вместо того, чтобы умереть, Амамия перерождается Аквой Хосино — одним из близнецов, которых родила Ай. Вместе со своей сестрёнкой Руби, тоже перерождённой, они живут новую счастливую жизнь… пока Ай не убивает тот же сталкер, что напал на Амамию. Полиция быстро ловит убийцу, но Аква выясняет, что у него был сообщник — биологический отец близнецов.
Беспощадность индустрии развлечений
Японские фанаты айдолов часто шутят о желании переродится ребёнком своих кумиров, когда те заявляют о своей помолвке. Мангака Ака Акасака взял эту идею за основу «Звёздного дитя», что отражено даже в оригинальном названии «Оси но ко»: «оси» обычно называют поклонников айдолов, что созвучно с японским словом «хоси» — «звезда». Но в течение исследования айдол-индустрии, мангака всё чаще слышал жалобы об условиях труда от знакомых, работающих в самых разных сферах шоу-бизнеса. Поговорив со многими экспертами и даже самими исполнительницами, автор понял, что его манга может стать важным социальным комментарием об изнанке всей индустрии развлечений.
Я хочу, чтобы люди знали, как страдают, эксплуатируются и подвергаются насилию молодые таланты. Я думаю, что эта работа также поднимает вопрос о том, как следует обращаться с такими талантами и как к ним относиться», — рассказал Ака Акасака в интервью ANN.
«Звёздное дитя» очень подробно рассказывает о внутреннем устройстве многих процессов индустрии: от принципов отбора исполнителей до их тайных активностях за кадром. При этом Акасака концентрируется не только на айдол-культуре, а затрагивает каждую сферу японского производства контента: витубинг, 2,5D-постановки, дорамы, реалити-шоу и даже создании мерча. Мангака не сухо показывает проблемы, но активно сообщает о причинах их возникновения: отсутствии профсоюзов, минимальном вмешательстве государства и потребительском отношении со стороны фанатов.
Критика автора не страдает примитивной антикапиталистической риторикой, нацеленной исключительно против больших корпораций. Акасака также обвиняет в эксплуатации самих потребителей: как яростных отаку, так и рядовую аудиторию. Беря за основу реальные кейсы, вроде самоубийства рестлерши Ханы Кимуры, мангака исследует негативные стороны парасоциальных отношений: кибербуллинг, сталкинг и подростковая сексуализация. При этом он не забывает об эксплуатационном отношении со стороны самих артистов как к фанатам, так и к техническому персоналу.
Сам Акасака также стал жертвой дисфункционального устройства индустрии, что отражено в нескольких сюжетных арках «Звёздного дитя». Например, съёмки дорамы в аниме основаны на личном опыте автора, который был крайне недоволен качеством лайв-экшн экранизации его манги «Госпожа Кагуя: В любви как на войне». Подобная честность редка в Японии: любое высказывание может обидеть потенциальных спонсоров, издателей или фанатов. Каждый участник — начиная от производителя и заканчивая получателем контента — требует от медийных личностей стерильной чистоты образа. Поэтому каждый шаг искусственно конструируется, создавая лишь видимость искренности.
Ложь — самый изысканный вид любви
В своём исследовании индустрии развлечений Ака Акасака ищет причину, почему артисты готовы терпеть подобные проблемы. Как уместно замечают герои «Звёздного дитя», деньги — не ответ, ведь большие гонорары зарабатывает лишь горстка знаменитостей. Поэтому он находит решение в самой Ай, которая символично становится айдолом, чтобы понять, что такое любовь («ай» с японского — «любовь»). Сам Акасака своей историей объясняет, что хотя вся индустрия построена на сложносочинённой цепочке лжи и умалчивания, её главный товар — это любовь: как сами фанаты ожидают безусловной любви от своих кумиров, так и «звёзды» не могут насытиться признанием.
Однако любовь в «Звёздном дитя» подвергается серьёзным и часто неприятным метаморфозам: она становится токсичной, созависимой, подменяется одержимостью и вовсе становится опасной для жизни. Делая Ай главным символом этого чувства, Акасака критикует не только индустрию развлечений, но и само устройство японского общества. Словами своих героев мангака проговаривает психологическое проблемы героини: асоциальность, эмоциональная и интеллектуальная незрелость и реактивное расстройство привязанности. Этим он не только добавляет тёмных оттенков в психологический портрет героини, но и фиксирует тревожные последствия японского родительства и культуры табу в межгендерных взаимоотношениях.
Показательно, как буквально отождествляя айдола с родителем, Акасака рассказывает о сложном отношении Аквы-Амамии к Ай — кумиру, любовному интересу и матери. Не зря герой проявляет интерес к актрисе-айдолке Кане и театральной исполнительнице Аканэ, в которых он увидел отражение любимой айдолки. Куда более однозначными выглядят отношения Ай с Руби — бывшей пациенткой главного героя, перерождённой в его сестру-близнеца. Именно через неё раскрывается рекреационная функция айдол-культуры — вдохновение, чувства единения и близости, которые она не смогла получить от родителей. Подобная дисфункциональность семейных отношений и становится главным моментом в критике Акасаки японского общества, страдающего не только от демографического кризиса, но и от роста домашнего насилия, а также проблемы родительского равнодушия.
Звезда родилась
Если Акасака занимался сценарием манги, то за рисунок отвечала Мэнго Ёкояри — авторке «Тайных желаний отвергнутых». Мангака создаёт гротескную смесь «кавайности» дизайна персонажей и мрачную экспрессивность, чтобы нагляднее показать глубину страхов и угроз, с которыми сталкиваются герои по мере развития истории. Благодаря ней даже звёзды в глазах героев, выступающие символом притягательной исключительности, стали настолько сильным инструментом визуального нарратива. Фанаты до сих пор строят теории, что означают разные виды звёзд в глазах и какова их роль в сюжете.
Режиссёр аниме-экранизации Дайсукэ Хирамаки и студия Doga Kobo не только смогли сохранить рисунок и сюжет «Звёздного дитя», но и максимально дополнили её анимационным артистизмом. Одной из главных особенностей режиссуры Хирамаки стала работа с цветовой коррекцией и светотенью для отражения эмоционального фона героев. Обычно яркая и насыщенная внутрикадровая палитра периодически становится выцветшей, почти переходя в монохром, что свидетельствует о выгорании персонажей. Кадр также почти всегда разделяют жёсткие тени, которые показывают постоянное пограничное состояние персонажей.
Хирамаки наследует художественные принципы Наоко Ямады («Кэйон!», «Форма голоса»), вовсю используя «актёрскую игру» персонажей — мимику и микродвижения. Подобный метод анимации работает не только на более яркую передачу эмоций и характеров героев, но и на сам сюжет. Так как работа персонажей заключается в притворстве, аниме крайне наглядно показывает изменения в их поведении. При этом, чтобы усилить эмоциональный эффект, Хирамаки иногда экспериментирует с абстрактной анимацией, используя пастельные и карандашные штрихи. Таким образом он расширяет количество используемых инструментов, чтобы доподлинно погрузить зрителя в переживания героев.
Итог
«Звёздное дитя» — это редкий честный взгляд на современную индустрию развлечений. С помощью эмоциональной гиперболизации и детализированного погружения в мир шоу-бизнеса Ака Акасака критикует устройство общества, основанного на эксплуатации и объективации. Но помимо всего социального и культурного контекста, это ещё и складная история мести, исследующая проблему любви через гротескный психологизм. И хотя «Звёздное дитя» вряд ли станет новой «Идеальной грустью», оно точно заставит вас взглянуть ваших кумиров по-другому.
