Сюжет
«Кодо Икусэй» — престижная старшая школа, направленная на воспитание перспективной молодёжи, которая в будущем приведёт Японию к процветанию. Для этого учеников изолируют в отдельном учебном городке, где они не только учатся, но и привыкают к самостоятельной жизни. Но за сверкающим фасадом скрывается жестокое место высокой конкуренции.
Киётака Аянакодзи поступает в класс 1-D, где собраны ученики с самыми худшими результатами вступительных экзаменов. Его это нисколько не смущает, ведь он планировал тихо провести следующие три года, никак не выделяясь. Однако мечты парня оказываются несбыточными, ведь за ним начинает охоту его отец, от которого Киётака и сбежал.
Симулятор школы
Несмотря на то, что действие «Добро пожаловать в класс превосходства» происходит в школе, большую часть повествования занимают не привычные школьные активности, а всевозможные спецэкзамены. Они направлены на оценку командной работы и критического мышления, а их вариативность позволяет проверить учеников в самых разных условиях: от выживания на необитаемом острове до голосования за худшего одноклассника.
Концепцию геймифицированного выживания Сёго Кинугаса явно подглядел у «Кайдзи» Нобуюки Фукумото, которая также делает упор в повествовании на умственные баталии. Герои Кинугасы пытаются предугадать действия оппонентов в сложноустроенных играх, а прибегают к насилию только в самом крайнем случае. При этом сами ставки остаются высокими: когда гарантия поступления в престижный ВУЗ сравнима с победой в лотерее, отчисление становится вопросом жизни и смерти.
Ученики «Кодо Икусэй» представляют самые гротескные варианты японских архетипов: от цундэре и гяру до якудза и отаку. Такие жирные штрихи в характерах нужны, чтобы лучше отличать персонажей между собой, ведь их число переваливает за несколько десятков. Всё это делает из произведения Кинугасы подобие тактической ролевой игры, где нужно сложить персонажей с разными характеристиками как паззл. Немудрено, что сам автор начинал как сценарист эроге — японских эротических визуальных новелл.
Протест против школы
«Добро пожаловать в класс превосходства» иллюстрирует школу как оплот меритократии, доводя её устои до гротеска. Баллы за экзамены становятся как внутренней валютой, так и аналогом социального рейтинга. Равнодушие и безучастность учителей, за которую японские школы часто критикуют, доведена до максимума: преподаватели не встревают даже в насильственные конфликты, не говоря уже об устном буллинге и девиантном поведении.
Однако в отличие от другого популярного ранобэ о выживании в школе — «Королевской битвы» Косюна Таками, произведение Кинугасы внедряет в повествование элемент предсказуемости и надёжности — всесильного главного героя. Киётака Аянакодзи выступает идеальным человеком системы: выдающиеся физические и когнитивные способности соседствуют с ораторским мастерством и отсутствием эмпатии.
Тем символичнее, что именно он выступает с протестом против бездушной системы: его стремление к тихой и спокойной жизни контрастирует с повсеместной суетой старшей школы. Нежелание Аянакодзи выделяться связано с его прошлым: парень с ранних лет был испытуемым «Белой комнаты» — государственного эксперимента по искусственному выращиванию «гениев». Понятно, что это метафора родительства, в котором результативность соседствует с холодным обращением.
Поэтому антидостигаторство Аянакодзи — это не только прямолинейный перевёртыш привычного сёнэн-сюжета, но и протест против культа продуктивности, который навязывают в школах с ранних лет. Однако слишком удобным получается гениальность главного героя: он способен не только обыграть своих сверстников, но и исцелить их от душевных травм, полученных этой же системой.
Счастье мужчины называется: я хочу
Большую часть повествования в «Добро пожаловать в класс превосходства» занимают диалоги и размышления героев. Поэтому для экранизации продюсеры выбрали студию Lerche, чьи проекты всегда отличались яркими дизайнами персонажей и приверженностью оригинальному стилю автора. Компания позвала на пост режиссёра сразу двух человек — Сэйдзи Киси («Класс убийц», «Ангельские ритмы») и Хироюки Хасимото («Проект воспитания девочек-волшебниц»).
Адаптацию запустили, чтобы прорекламировать оригинальное ранобэ, поэтому её создатели выкрутили на максимум все главные продающие элементы истории, в том числе и эротический фан-сервис. Сексуализация несовершеннолетних героинь уже давно стала бичом аниме-культуры, и выхолощенный рисунок Сюнсаку Томосэ — художника серии книг — не стал исключением. Но если в ранобэ эти иллюстрации можно проигнорировать, то в аниме режиссёры чуть ли не каждый ракурс и движение камеры посвящают объектам зрительского вожделения.
Большую часть анимации доверили вьетнамскому отделу Studio Hibari — материнской компании Lerche — из-за чего она стала не только картонной, но и полной ошибок. Однако ключевая проблема сериала даже не в скупости анимации, заурядности рисунка и оскорбительности фан-сервиса. Сёго Кинугаса настолько сильно потворствует самым низменным желанием аудитории, что лишает своё произведение не только уникальности, но и здравого смысла.
Перегруженные правила спецэкзаменов, ещё более сложные планы главного героя, бесконечное цитирование Ницше, Макиавелли, Сартра и прочих великих мыслителей, а также бесконечные битвы умов между персонажами — всё это становится ширмой, которая прикрывает смысловую пустоту и логические сюжетные дыры. Позволяя себе слишком много условностей, история становится скорее балаганом детских травм и обид, нежели полноценным критическим высказыванием о жестокости школьного образования.
Большие маленькие перемены
В четвёртом сезоне создатели пытаются решить хотя бы проблему устаревшего визуала, сменив режиссёра: теперь за тайтл отвечает более молодой Нориюки Номата. Он полностью поменял стиль дизайна персонажей, а также наложил постоянный контрастный фильтр. Так постановщик пытался согласовать атмосферу тайтла с его содержанием.
Это только ухудшило проблему: новый детализированный подход в рисунке плохо сочетается с наложенной контрастностью, из-за чего аниме стало выглядеть дёшево. Никуда не делась и более глобальная проблема со смыслами и драматургией, которую ещё сильнее подчёркивает куцость сценария адаптации по сравнению с оригиналом. Однако сериал, как и его первоисточник, продолжают пользоваться огромным спросом. Значит со своей задачей они справляются: продать аудитории абстрактный пластырь, который можно наложить на зияющую рану, оставленную школой.
