Описать сюжет фильмов Рефна — задача повышенной сложности. Особенно это касается позднего периода его творчества. Начиная с «Драйва», датский кинематографист постепенно уходил в сторону авторского и даже антизрительского кино. С каждым новым проектом слов в сценарии становилось всё меньше, кадры — статичнее и длиннее, а главный фокус режиссёра сместился с истории на ощущение.
Рефн создаёт настоящее иммерсивное кино, способное если не начать диалог со зрителем, то хотя бы подарить уникальный кинематографический опыт. Именно визуальный язык стал главной движущей силой его фильмов. Кажется, сейчас нет другого режиссёра, который настолько ярко ассоциировался бы с неоном, насилием, кровью и блестящими макияжами. Поэтому предъявлять «Её личному аду» претензии за почти полное отсутствие сюжета не совсем честно. Похоже, нарративная структура совсем не интересует самого Рефна.
Известно, что режиссёр пережил клиническую смерть и 25 минут находился в коме. По его словам, именно этот опыт подтолкнул его к возвращению в большое кино и съёмкам «Её личного ада». После инцидента Рефн стал иначе смотреть на сам медиум и ещё сильнее убедился, что хочет создавать эфемерное кино, которое нужно не смотреть, а проживать и чувствовать. Это абсолютно не универсальный опыт просмотра, но лучше заранее знать, к чему готовиться.
Вполне вероятно, что новый фильм сработает гораздо лучше вне формата кинофестиваля. Так, почти каждый фильм Рефна подвергался жёсткой критике после премьеры, а спустя несколько лет становился настоящей классикой.
Но если всё же попробовать нарисовать картину «Её личного ада», то первым в голову приходит футуристический город, в котором живёт загадочная Элль (Софи Тэтчер). Мегаполис будущего покрыт густым туманом, а на улицах почти нет людей. Зритель мало знает о жизни девушки, кроме того, что у неё странные и созависимые отношения с отцом. Героиня проводит вечера в роскошных и кукольных апартаментах на самом верху башни вместе со своей мачехой Доминик (Хавана Роуз Лью) и начинающей актрисой Хантер (Кристин Фросет). Элль часто думает о том, что хотела бы выйти на связь с отцом, который, судя по всему, находится в каком-то астральном пространстве.
Вместе с этим по городу ходит американский солдат-каратель (Чарльз Мелтон), пытающийся найти свою пропавшую дочь и серийный убийца в блестящей маске и перчатках по кличке «человек в коже». Буквально, но Рефн посвятил «Её личный ад» своим дочерям, потерявшим отца почти на 30 минут. Поиски Элль стали видением режиссёра, которое подарило ему вторую жизнь. Сентимент хоть и немного, но спасает это кино.
И эта уязвимость, наверное, единственное, за что можно его похвалить. Ритм «Её личного ада» напоминает что угодно, только не художественный фильм: набор разношёрстных короткометражек, рекламу парфюма или «мудовое» видео, сгенерированное нейросетью. Зрителю сложно сконцентрироваться на чём-то одном и по-настоящему включиться в происходящее. Возможно, история оказалась слишком личной для Рефна, а желание поместить в неё всё и сразу сыграло с ним злую шутку.
Визуально фильм тоже не предлагает ничего выдающегося. Съёмки в однотипных павильонах, залитых неоновым светом, странные спецэффекты и общее ощущение низкобюджетного студенческого проекта. Несколько сцен действительно работают (особенно те, что отчётливо отсылают к «Неоновому демону» и «Только Бог простит»), но в целом попытка Рефна скорее кажется сырой и вымученной.
Его предыдущие работы одинаково хорошо выглядели и в геометричных, зажатых интерьерах, и в широких экстерьерах. На этот раз отсутствие воздуха и пространства сделало просмотр ещё более тяжёлым. Красивые скуластые лица в кадре частично спасают ситуацию, но, глядя на них, едва ли удаётся почувствовать хоть что-то. Не помогает даже работа выдающегося итальянского композитора Пино Донаджо, ранее сотрудничавшего с Брайаном Де Пальмой. Мирам Рефна явно нужна музыка Клиффа Мартинеса и хоть какая-нибудь интрига.
Чувствуется, что пережитый опыт сделал Рефна сентиментальнее, гуманнее, а оттого немного человечнее и слабее. В его новом фильме, несмотря на все технические огрехи, чувствуется много любви и благодарности. Не всегда идеальной, но всё же редкой и искренней. И «Её личный ад» удался хотя бы из-за этого. Не совсем удачный, но всё же большой карьерный шаг и, возможно, самое личное и уязвимое произведение Рефна.
