В сентябре 2026 года стартовал республиканский марафон чтения книг «Читающая нация». За 6 месяцев казахстанцы могут прочитать 15 книг, написать отзыв на прочитанное и получить денежный приз до 600 тысяч тенге. Проект разделён на семь направлений: школьники, студенты колледжей и вузов, педагоги, семьи, госслужащие и «интеллектуалы». За первый месяц к проекту присоединились более миллиона человек.
Несмотря на республиканский охват участников марафона, «Читающая нация» больше похожа на ситуативную акцию, чем на системный шаг к популяризации чтения в стране. Разбираем, чего не хватает «Читающей нации» для того, чтобы стать проектом, формирующим читательскую культуру в стране.
Не-читающая нация
В мае 2026 года Касым-Жомарт Токаев подписал указ о читающей нации, в котором определил меры, направленные на популяризацию культуры чтения и создание условий для формирования читающей, интеллектуальной нации. Незадолго до подписания указа в публичном поле снова всплыли данные международного исследования CEO WORLD Magazine, где Казахстан занял 95-е место из 102 стран по чтению. По этим подсчетам, средний казахстанец читает меньше трёх книг в год. Запуск республиканского марафона, ориентированного прежде всего на количестве прочитанных казахстанцами книг, стало симптоматичной реакцией. На сайте марафона сказано, что цель проекта — формирование культуры чтения и включение страны в список десяти самых читающих государств мира.
Однако ориентация на соревновательный забег вступает в прямое противоречие с тем, как на самом деле формируется устойчивое чтение. Исследования британского Национального фонда грамотности показывают, что соревновательные спринты и разовые челленджи бессильны перед задачей вырастить «читающую нацию», если они игнорируют ключевые факторы мотивации.
Во-первых, исследование фиксируют фундаментальную разницу между читательской привычкой и временным выполнением норматива. Соревновательные механики — таймеры, шкалы прогресса и финишные галочки — привлекают людей, уже обладающих высокой базовой дисциплиной, но практически не влияют на тех, кто читает мало или не читает вовсе. Марафоны опираются на внешние стимулы, которые исчезают сразу после закрытия платформы. Как только внешнее давление спадает, участники возвращаются к прежнему образу жизни, потому что у них не сформировалось внутреннее понимание ценности чтения.
Во-вторых, аналитики называют критическим фактором автономность выбора. Человек превращается в постоянного читателя только тогда, когда сам выбирает литературу под свои актуальные запросы, эмоциональное состояние или профессиональные задачи. Навязанный сверху, унифицированный список из 15 книг — пусть даже составленный из лучших побуждений — превращает процесс в стандартный академический опросник или трудовую обязанность. Чтение по предписанному списку воспринимается как «работа», что, согласно отчетам фонда, вызывает отторжение у аудитории с низкой читательской грамотностью. При этом, опции стать участником марафона и вносить прочитанные книги вне официального списка нет.
В-третьих, данные фонда указывают на то, что чтение формируется не состязанием, а средой и социальным признанием. Вместо гонки за количеством страниц ключевую роль играют возможности для дискуссии и инфраструктурная доступность. Люди начинают читать регулярно, когда прочитанное можно обсудить в безопасной среде — книжных клубах или локальных сообществах.
Что должны прочитать казахстанцы
Вызывает вопросы и сам список рекомендаций из 15 книг, предложенный организаторами «Читающей нации» для каждой категории участников. Список относительно разнится от категории к категории, но целостно демонстрирует полное отсутствие концепции и выглядит как результат беглого поискового запроса в стиле «топ книг, которые должен прочитать каждый». Перечень книг марафона состоит из казахской и зарубежной классики, популярного нон-фикшна, селфхелп и частично профильной литературы, например, по педагогике и госуправлению. Главная проблема этого списка — отсутствие кураторской работы. Несмотря на наличие 7 разных категорий, многие авторы — например, Абай, Юваль Ной Харрари и Эрнест Хемингуэй — встречаются в большинстве.
В этих списках, где «Атомные привычки» Джеймса Клира стоят в ряду с «Золотой Ордой» Ильяса Есенберлина, нет ни смыслового фокуса, ни жанровой логики, ни внутренней драматургии. Классические тексты в нем соседствуют с прикладным нон-фикшном и посредственными бестселлерами по саморазвитию без какого-либо сопроводительного анализа, аннотаций или попытки объяснить, почему именно эти пятнадцать книг должны стать ориентиром для всей страны.
Качественная кураторская выборка могла бы обосновать контекст, показать литературные традиции как локальной, так и мировой литературной сцены, помочь читателю двигаться от простых форм к более сложным и базово объяснить, по какой причине была отобрана каждая книга в списке. В «Читающей нации» такой подход вовсе отсутствует — книги выдаются как изолированные продукты вне литературного и социального контекста. Вместо продуманной навигации по современному и классическому литературному процессу аудитории предложили случайную компиляцию, которая не формирует читательский вкус и лишь подчеркивает отношение к марафону как к формальной галочке.
Более того, отсутствие концептуального подхода в выборе книг для марафона республиканского масштаба, лишил читателей главного — знакомства с локальными авторами и современным литературным дискурсом Казахстана. Например, в самой массовой категории «интеллектуал» нет ни одной книги, написанной современным казахстанским автором. А на книги всех категорий марафона приходится всего 11 женщин-писательниц, большинство из которых представлены в списке для детского чтения.
В стране, где культура чтения не развита, а институт литературной критики не сформирован, аудитория больше всего нуждается в качественной навигации, которую марафон предоставить не смог (или не захотел).
Инфраструктура чтения
Регулярное чтение сегодня — финансово затратная практика. Средняя стоимость качественной книги в твердом переплете варьируется от 5 000 до 8 000 тенге, а новинки нон-фикшна или фундаментальные издания легко переваливают за 10-12 тысяч. Ожидание, что цифровой марафон заставит людей читать больше без решения проблемы доступности книг — оторванная от реальности имитация. Согласно отчётам американского центра National Endowment for the Arts, ключевым и определяющим чтение для удовольствия становится именно социально-экономический фактор. Люди с низким доходом читают существенно меньше не из-за отсутствия интереса, а из-за банального дефицита ресурсов и инфраструктуры. Согласно информации на сайте марафона, книги участникам централизованно не предоставляются. На официальном ресурсе публикуется лишь список из 15 наименований по каждому направлению, а искать их предлагается самостоятельно: купить, взять в библиотеке или найти в открытом доступе. Подразумевает ли «открытый доступ» обычное пиратство, организаторы не уточняют.
Чтобы в стране действительно сформировалась привычка к чтению, государству необходима системная политика по поддержке книгоиздания. В первую очередь речь идет о модернизации библиотек как полноценных общедоступных публичных пространств. В исследованиях American Library Association подчеркивается, что современная библиотека должна работать не как закрытый архив, а как бесплатное, комфортное место для работы и общения с постоянным обновлением фондов. Именно доступная библиотека снимает финансовый барьер и уравнивает возможности граждан. Вместе с этим требует развития цифровая инфраструктура: вместо создания одноразовых сайтов-счётчиков для марафонов лучше потратить деньги на выкуп лицензий и предоставление гражданам бесплатного, легального доступа к электронным библиотекам и аудиокаталогам. Похожим образом работает немецкая библиотека Onleihe и американская система OverDrive.
Наконец, ключевым звеном остаётся поддержка локального книгоиздания и школы перевода. Развитые читательские культуры держатся на субсидировании независимых издательств и целевых грантах. Без прямого финансирования качественного перевода актуальной мировой литературы на казахский язык рынку просто нечего будет предложить читателю. Казахстанцы всё ещё не могут своевременно читать на родном языке книги из свежих списков Международной Букеровской премии или победителей Нобелевской премии по литературе, выпадая тем самым из современного мирового культурного дискурса.
Квантификация культуры
Для кого-то марафон действительно может стать удачным поводом начать читать и делать это регулярно. Но проблема квантификации культуры в том, что она подменяет качественный анализ простым учётом. В заданных условиях классика, нон-фикшн и учебники по саморазвитию получают одинаковый вес, исчисляемый баллами, которые выдаются участникам за отзывы на прочитанное. При этом, у марафона нет конкретной методологии для оценки прочитанного. Система не проверяет, насколько человек понял текст и смог ли сформировать собственное мнение о прочитанном. В итоге проект не стимулирует критическое мышление и навыки анализа текста. Хотя именно этот навык, согласно исследованию PIAAC, у взрослых казахстанцев существенно ниже среднего показателя по странам. Люди способны понимать только короткие, простые тексты с явной структурой, но испытывают серьёзные затруднения с обобщением, поиском скрытого смысла или логической оценкой длинных текстов.
В результате инициатива выдаёт статистику о количестве участников и прочитанных суммарно книг, но абсолютно теряет понимание того, стала ли страна читать качественно. Выдача такого резкого всплеска читательской активности за рост культуры создает иллюзию, что проблема решена, хотя реальная инфраструктура — библиотеки, переводы и книгоиздание — всё ещё остается без должного внимания и системного финансирования.
