Мадина Тажбагамбетова
«Shanyraq»
В своём режиссёрском дебюте Мадина рассказывает простую историю о том, как мужчина и женщина не могут вместе построить юрту. У короткого метра есть интересная особенность визуального нарратива: весь конфликт между героями отражён во взаимодействии прямых и округлых линий, которые позже превратятся в национальные орнаменты.
Добавляя к этой уникальной форме повествования цветовой контраст розового и синего, Тажбагамбетовой удаётся из наивной истории сделать праздник анимации, где все движения и характеры соотносятся с визуальными особенностями героев. Такая изобретательность и согласованность формы и содержания принесла казахстанской аниматорке победу в Центральноазиатской секции.
Бермет Оморова
«Imago»
Дипломная работа Бермет Оморовой рассказывает об ужасах подростковой психики через очень яркие образы насекомых. Однако показывает она это крайне экспериментальными методами, внедряя в рисованную анимацию пластилиновые фигуры и кадры с реальных съёмок.
Более того, имея крайне скромные ресурсы, она превращает лимитированную анимацию из недостатка в своё преимущество. Почти неподвижные, словно оцепеневшие персонажи вызывают беспокойство, а крайняя условность рисунка позволяет зрителю достроить образы самому.
Несмотря на сырость концепции и формы, такая смелость в дебютной работе может только восхищать. И хотя короткий метр не удостоили наградами, он точно забрался под кожу каждому зрителю.
Матиас Штрассер
«The Panic Inside»
Самая яркая и технически отполированная работа фестиваля рассказывает о панической атаке парня, которого просто попросили выгулять собаку. Сюжет начинает лихо закручиваться в психоделический триллер, в котором все тёмные чувства героя, вроде страха «сказать нет» или обиды на близких, начинают обретать конкретные визуальные образы.
Штрассер наследует мрачную эстетику мультсериала «Аркейн» и видеоигры Dishonored, совмещая 2D- и 3D-анимацию в стилизации масляной живописи. Именно эту самую «маслянистость» режиссёр использует для фиксации психологического распада: например, когда изображает приступ паники через расплывающиеся краски перед глазами героя.
Действенные визуальные приёмы сопровождают крепкий сценарий, написанный самим Штрассером, выворачивая психологический хоррор в очень светлое напоминание о том, что иной раз нам стоит слушать свой внутренний голос. Такая зрелая и смешная работа гарантирует Маттиасу участие в более крупных проектах в ближайшие годы.
Мансур Аймбетов
«Унисон»
Ромком Мансура Аймбетова о предводителе варваров, полюбившем воительницу из вражеского города, — очень напоминает по своей форме «пилот». Выверенный комиксовый стиль, чистая рисованная анимация и готовая история, которую можно расширять как для полного метра, так и для телевизионного ситкома.
«Унисон» немного напоминает мультсериал «Первобытный» своим немым и агрессивным главным героем. Но от проекта Тартаковского его отличает отсутствие брутальности и миролюбивый месседж. Благодаря этому он и занял третье место в центральноазиатском блоке.
Сабина Аляева
«Люми: Звёздная волшебница»
Ещё один крепкий дипломный проект из Кыргызстана рассказывает об одном неудачном дне из жизни девочки-волшебницы, когда её волшебная палочка внезапно перестаёт работать. Взяв за основу жанр махо-сёдзё, режиссёрка упаковывает в него универсальные темы для своей аудитории: проблемы самоидентичности и выгорания.
Вместе с очевидными «Сейлор-Мун» и «Мадокой», короткий метр также напоминает и более ранних представителей жанра, что Сабина не пытается стыдливо скрыть, напротив, гордо отдавая жанру дань уважения. Настолько откровенная работа с референсами хоть и привносит культурное разнообразие в лайн-ап фестиваля, всё же мешает работе обрести самость.
Однако именно искренность и задор вкупе с ясным посылом и целостной историей позволило ей взять второе место в номинации «Лучший кыргызский анимационный короткометражный фильм».
Линара и Рената Миргалиевы
«Su perisi»
Сёстры Миргалиевы дебютировали в роли режиссёрок с фолк-хоррором о браконьере, который попадает под гипноз сирены. Явный экологический посыл и социальное высказывание о консьюмеризме обрамляет крайне выверенная рисованная анимация, которая и технически безупречна, и визуально согласованна с общей стилистикой.
Линара и Рената не бояться задействовать прямолинейные визуальные метафоры, подчёркивая своё однозначное отношение к работе главного героя. Однако из-за торопливого темпа и недостатка хоррор элементов создаётся ощущение, что картине не хватает то ли хронометража, то ли большей смелости. Но это вовсе не умаляет огромной заслуги режиссёрок, особенно учитывая, что это их дебют.
Катуна Татуашвили
«Oh Mother, Mother»
Грузинская режиссёрка сняла трагикомедийный бытовой хоррор о домашнем коте и его гиперопекающей хозяке. Однако в отличие от многих картин, представленных на фестивале, этот короткий метр интересен не столько своей формой и месседжем, сколько неожиданно проработанным сценарием.
Татуашвили очень простыми приёмами — музыкой, поведением героев и дизайном интерьера — передаёт абсурдную атмосферу ужаса, в которой заключён герой. Но вместо истории о побеге режиссёрка предлагает метафору родительства, в которую заключает высказывание о тревожно-избегающих паттернах воспитания и выливающихся из них межпоколенческих травмах.
Елизавета Хломова
«Четыре остановки»
Российская аниматорка сняла короткий метр о жизни слабослышащего ребёнка в технике stop-motion. В нём она передаёт оптику героя через визуализацию его чувств и снов, создавая себе большой плацдарм для экспериментов с формой, раскрывая потенциал stop-motion-анимации.
Детская точка зрения также помогает объяснить вынужденную условность декораций, сделанных чуть ли не в кустарных условиях — из бумаги и картона. Тем интереснее узнать, что сможет сделать Елизавета с куда большими ресурсами.
Жоодар Джеенбек
«qaytar»
https://youtu.be/VoGbThCw1m4?si=FOJlxp-HyaiO7ijJ
Клип кыргызского аниматора на песню Moldanazar «qaytar» вышел ещё 9 февраля, однако прошёл мимо большей части аудитории группы. Как выяснилось на фестивале — зря: Жоодару удалось сохранить эмоциональную фактуру пенси, придав ей ещё больше депрессивной безысходности. Сделано это не только и не столько благодаря чёрно-белой съёмке, сколько — самой технике stop-motion и общему внешнему виду.
Рванные движения передают психологическую надломленность героя, а дизайн и материал, из которого он сделан, — его самоощущение. Джеенбек визуально буквализирует ощущение психологической западни, доводя до максимума нескончаемость терзаний и потерянности. Благодаря этому, аниматора можно назвать одним из главных открытий года.
