Сюжет
Студентка медфака Хана (Мидори Фрэнсис) уже давно пытается сбросить вес. Её отец из-за крайней степени ожирения ведёт затворнический образ жизни, а мать боится оставлять мужа одного и потому сама практически не выходит из дома.
Измотанная стрессом учёбы, Хана отправляется в клуб развеяться и случайно встречает там давнюю подругу, которая сильно похудела. Та рассказывает героине о не внушающим доверия, но очень эффективном препарате. Узнав, что капсулы содержат человеческий прах, медстудентка решает изготовить их самостоятельно. Далеко за главным ингредиентом ходить не пришлось — в университете как раз недавно вскрыли учебный труп. Вскоре килограммы начинают стремительно уходить, однако вместе с ними в жизни Ханы появляется призрак женщины, останки которой стали основой её чудо-диеты.
Боди-хоррор
Королевой поджанра сегодня можно назвать Жюли Дюкорно, и неудивительно, что фильм местами напоминает её дебют «Сырое». В центре обеих картин молодая студентка, каннибализм и сильный, почти неконтролируемый голод, который постепенно начинает управлять героиней. В обоих фильмах не так много скримеров, зато они не скупятся на гротескные анатомические детали и всевозможные выделения, почти выливающиеся с экрана.
Но, в отличие от картины Жюли, в «Ешь. Молись. Худей» паранормальный элемент обретает физическое воплощение. Призрак, терроризирующий героиню, имеет тело лысой женщины с крайней степенью ожирения. С одной стороны, этот образ, хорошо рифмуется с главной темой фильма и репрезентует страх Ханы однажды стать такой же. С другой стороны, некоторые сцены выглядят скорее неловко, чем страшно. Например та, в которой призрак перекатывается с кровати, чтобы добраться до Ханы.
Ужасы РПП
Фильм собирает едва ли не все проявления РПП: компульсивное переедание, заедание стресса, булимию и бесконечные попытки начать всё с чистого листа. Хану триггерит заказанная кем-то картошка фри на встрече друзей. Наличие еды поблизости для неё будто направленный на неё пистолет. И вот вечером, под очередным наплывом ложной мотивации, она снова выбрасывает всю «вредную» еду, чтобы вскоре снова сорваться. И снова себя ненавидеть.
На экране нет аппетитной еды. Вся она здесь показана тусклой, липкой, скользкой и почти живой. Это точно не мукбанг. Когда героиня ест, а точнее жадно засовывает в себя пищу, она не чувствует ни удовлетворения, ни насыщения. Как говорит сама Хана: «Я ощущаю бездонную дыру внутри, которую невозможно заполнить». Даже опустошив холодильник и добавив немного крема для тела на десерт, она лишь впадает в фуд-кому. Но ненадолго. Вскоре снова раздаётся урчание в животе, а вместе с ним — тяжёлые шаги приближающегося призрака Владимира Харконнена.
Hungry for Love
Физический голод — не единственная проблема Ханы, она влюблена в фитнес-тренерку программы похудения за 12 недель. Вот героиня заворожённо наблюдает, как та крутит педали велотренажёра и вытирает пот, и мы уже не понимаем, чего именно она хочет: быть ею, спать с ней или употребить её. Отчасти ради того, чтобы стать достойной её внимания, непутёвая героиня и идёт на экстремальные меры похудения.
Хотя с РПП и ожирением сталкиваются люди любого пола, нельзя отрицать, что отношение к весу и телу во многом гендерно обусловлено. Именно девочек с детства учат быть маленькими и хрупкими. Даже в фитнес-культуре от женщин ожидают худобы и подтянутого тела, тогда как мужчинам предлагают наращивать мышечную массу.
Параллели между сексуальным влечением и физическим голодом фильм проводит с первых кадров. Но особенно явно они проявляются в быстром монтаже под электронную музыку, где чередуются сцены еды, тренировок и мастурбации. Это хорошо сочетается с тем, как Хана привыкла ограничивать себя не только в еде, но и в других потребностях. С появлением таблеток необходимость контролировать пищевые привычки исчезает, а вместе с тем возвращается либидо.
Сентиментальный хоррор
Отдельная важная линия фильма — отношения главной героини с отцом. Хана любит и жалеет его, но одновременно злится, ведь ей кажется, что тот забросил и себя, и семью. В их диалоге появляется трогательность, напоминающая сцену из «Кита» Даррена Аронофски. За раздражением Ханы постепенно проступает страх потерять папу, а за желанием похудеть и бесконечной борьбой с собой — сложные отношения с человеком, которого она одновременно жалеет и не может простить за безвольность.
Эта двойственность — отвращение и сочувствие к телу — повторяется и в отношениях Ханы с призраком. Берта, преследующая девушку, при жизни была женщиной, готовой позаботиться обо всех, кроме себя. Она умерла от рака печени, а своё тело завещала университету — возможно, в последней попытке принести кому-то пользу. Однако и после смерти её продолжают оценивать по внешности. Студенты дают учебному трупу прозвище «Жирная Берта» и, ковыряясь в её внутренностях, рассуждают о том, что та наверняка умерла в одиночестве.
При всей гротескности «Ешь. Молись. Худей» оказывается неожиданно сентиментальным хоррором. За человеческими внутренностями, каннибализмом и пищевыми срывами скрывается простая мысль о том, что тело неизбежно меняется, болеет и однажды умирает, поэтому, возможно, не стоит позволять его размерам занимать так много места в жизни. Даже призрак в итоге оказывается страшным лишь до тех пор, пока Хана видит перед собой огромное тело, а не личность.
