Бум синтетики в онлайне

Одна из первых виртуальных звезд – Lil Miquela — появилась в 2016 году и собрала более 2 миллионов подписчиков в Instagram, сотрудничая с модными брендами. На сегодняшний день прорывы в технологиях генерации изображений и видео позволили создавать еще более правдоподобных цифровых людей. Современные ИИ-инструменты способны сгенерировать лицо или даже целое видео с вымышленным человеком, практически неотличимым от настоящего. Это означает, что теперь не нужны актеры или модели — достаточно алгоритма, который нарисует нужную внешность и «оживит» её в роликах. Например, недавно в сети стал популярным образ дерзкой бабушки-блогера Granny Spills, которая раздаёт жизненные советы в TikTok и Instagram. Однако Granny Spills — полностью искусственный персонаж, созданный двумя молодыми контент-мейкерами с помощью ИИ-программ. По словам создателей, подготовка одного ролика Granny Spills занимает всего 5–10 минут — ИИ генерирует идеи и изображения куда быстрее, чем живая съемка и монтаж. За виртуальным инфлюенсером всегда стоит команда или автор, который «программирует» личность и контент персонажа, используя генеративный ИИ.

Хотя виртуальные инфлюенсеры появились изначально в Instagram, именно TikTok сегодня стал главной площадкой для ИИ-персонажей. В TikTok уже существует целый пул синтетических инфлюенсеров, среди которых бывают и совсем гиперреалистичные случаи. Так, в 2021 году вирусную славу получил аккаунт @deeptomcruise — серия видео, где актер Том Круз шутит и занимается повседневными делами. На деле это были deepfake-ролики, созданные нейросетью на основе лица Круза и игры его двойника. Видео набрали десятки миллионов просмотров, причём сперва обманули даже системы, разработанные для распознавания фейков. Специалисты отметили, что эти вирусные ролики показали миру зрелость технологии: один энтузиаст с грамотным промтом сумел настолько правдоподобно воссоздать образ актера, что аудитория некоторое время принимала его за реального. TikTok-алгоритмы зачастую не делают различий между контентом от реальных людей и ИИ-генерированным, поэтому виртуальные селебрити могут взлететь так же стремительно, как и живые.

В казахстанском TikTok ИИ-блогеры также набирают популярность. Преимущественно аккаунты создаются от лица девушек с видимыми особенностями тела и внешности. Так, например, аккаунт @sayana.bae — виртуальной казашки-альбиноса — быстро набрал популярность и привлёк аудиторию. При этом, маркировки о том, что перед нами ИИ-модель, а не реальный человек, нет.

@sayana.bae

Нужны ли ИИ-инфлюенсеры аудитории

Многие охотно следят за виртуальными инфлюенсерами, даже понимая их искусственную природу. Особенно это касается молодой аудитории. По данным исследований, представители поколения Z относятся к цифровым персонажам с большим интересом. Они выросли в мире видеоигр, аниме и виртуальной реальности, поэтому воспринимают «нереальных» блогеров как забавный и даже иммерсивный опыт. Виртуальные инфлюенсеры могут позволить себе яркий фантастичный контент, смешивать реальность и вымысел — то, что привлекает молодых пользователей, ищущих нового опыта в соцсетях. Кроме того, алгоритмы ИИ позволяют подстраивать контент под интересы аудитории: по сути, такой персонаж — продукт точного расчета, который будет говорить и делать только то, что «зайдёт» подписчикам. Отмечается, что иногда виртуальные аккаунты набирают вовлеченность даже выше, чем у обычных людей. Эффект новизны тоже играет роль — пользователей интригует и развлекает сам феномен общения с «ненастоящим» блогером.

Однако наряду с интересом возникает и скепсис. Для долгосрочного успеха важно, доверяют ли люди таким персонажам. Со временем многие начинают задаваться вопросом: а есть ли искренность у того, кого не существует? Исследования показывают, что главные факторы, влияющие на восприятие виртуальных инфлюенсеров — это аутентичность и прозрачность. Если подписчики чувствуют фальшь, узнают о скрытом управлении или просто замечают странности во внешности (эффект «зловещей долины», когда почти человеческий облик вызывает подсознательный дискомфорт), их доверие падает. 

Есть и просто консервативно настроенные пользователи, которых отталкивает сама идея ИИ-героев. Например, по наблюдению маркетологов, американцы дважды подумают, прежде чем довериться совету ИИ-инфлюенсера, в отличие от азиатских рынков, где такие эксперименты заходят легче. В целом в мире многие пока не готовы считать виртуальных персонажей авторитетными лидерами мнений. Опрос более 200 бренд-менеджеров показал, что 89% не планируют сотрудничать с виртуальными инфлюенсерами или цифровыми клонами в 2026 году — то есть крупные компании ощущают, что массовый потребитель еще не доверяет рекламному образу без реального человека. Маркетологи прямо указывают на проблему аутентичности: когда виртуальный аватар рекламирует товар, понятно, что он сам ни продукта не пробовал, ни услугой не пользовался — отсюда поддержка бренда выглядит неискренней. Добавим сюда и общий фон настороженности к ИИ — часть публики устала от засилья искусственного контента. В конце 2025 года некоторые рекламные кампании с ИИ-моделями вызвали резко негативную реакцию – например, реклама бренда Guess с моделью, сгенерированной ИИ, получил шквал критики. Пользователи все чаще жалуются на обилие «ИИ-ширпотреба» в соцсетях и даже заявляют, что готовы вовсе выйти из онлайн-среды, если лента продолжит наполняться однотипными синтетическими роликами.

Таким образом, отношение аудитории сейчас двойственное. С одной стороны, виртуальные инфлюенсеры — яркое развлечение и любопытный эксперимент, на который люди реагируют лайками и подписками. С другой — вопрос доверия пока остается открытым. Очевидно, что без достаточной прозрачности и честности виртуальным персонажам будет сложно завоевать такое же доверие, как реальным людям.

Технически этот процесс стал слишком простым, чтобы оставаться редкостью. В экосистеме коротких видео «сырьём» являются движения, мимика, интонации и узнаваемость. На уровне платформ это выглядит как очередной случай «контент-кражи», но в реальности речь о более глубоком сдвиге — ИИ позволяет красть не только видео как объект, но и человека как образ. Эта разница принципиальна. Плагиат отбирает у автора результат труда, а ИИ-кража идентичности претендует на более интимное — на способность человека быть субъектом в цифровом пространстве. 

Это подрывает статус современной агентности, права и возможности управлять собственной репрезентацией, решать, в каком контексте ты появляешься, что ты говоришь и делаешь на публике. Когда ролик синтезируют на основе вашего лица или мимики без согласия, агентность начинает рассыпаться. Ваше присутствие в сети больше не принадлежит только вам: оно становится материалом, который другие могут использовать как инструмент, интерфейс или референс для иных целей.

Даже если исходное видео было невинным — танец, бытовая сцена, шутка — в новой версии оно может стать рекламой сомнительного продукта, «благотворительным сбором», политическим высказыванием или эротизированной фантазией. Контекст меняется, а вместе с ним меняется и социальный смысл присутствия в онлайне.

@karisha.riiстрашно, очень страшно, если бы мы знали, что это такое, но мы не знаем, что это такое♬ оригинальный звук – КАРИША🦋

Платформы формально признают эти риски. TikTok, например, вводил правила и маркировку для синтетических медиа, пытаясь ограничить вводящий в заблуждение контент. Но технология распространяется быстрее, чем успевают реагировать механизмы модерации. Даже если платформа «не одобряет» подделки, её устройство — скорость рекомендаций, экономия внимания, вирусность — продолжает быть благоприятной средой для синтетического паразитирования на чужой идентичности.

В итоге кража идентичности через ИИ становится не частным инцидентом, а симптомом новой эпохи соцсетей, где человек больше не гарантированно владеет своей «цифровой кожей». Если раньше главным ресурсом была информация, то теперь ресурсом становятся лица, мимика, голоса, то есть сами маркеры человеческого присутствия. Они превращаются в данные, которые можно скачать, воспроизвести и масштабировать. И именно поэтому тема так болезненна: человек остаётся собой в офлайне, но в онлайне обнаруживает, что его образ может быть бесконечно клонирован и использован без него.

Цифровая культура на распутье

Массовый рост ИИ-персонажей — продукт нашей современной цифровой культуры, где границы между реальным и виртуальным стремительно размываются. В некотором смысле, появление виртуальных инфлюенсеров было предсказуемо: культура потребления контента все больше склоняется к виртуализации и геймификации. Если образ создан компьютером, но вызывает у аудитории эмоции — может ли он считаться «настоящим» в контексте цифровой жизни? Исследователи отмечают, что для многих пользователей виртуальная личность ощущается почти так же реально, как физическая — важна последовательность образа и открытость в коммуникации, тогда у аудитории возникает чувство, будто они общаются с полноценной личностью. Парадоксально, но цифровая аутентичность возможна и без физического тела: если виртуальный инфлюенсер честен в рамках своей легенды и стабильно поддерживает выбранный характер, аудитория привыкает и даже перестает воспринимать его как обман. 

С другой стороны, когда любой фото- или видеоконтент потенциально может быть сгенерирован ИИ, пользователи вынуждены развивать навыки медиаграмотности. Вероятно, в ближайшие годы прозрачность авторства контента станет важнейшим принципом цифровой этики. Возможно, появятся специальные маркировки для ИИ-генерированных аккаунтов и постов, чтобы сразу сообщать аудитории о природе контента. Без таких мер уровень доверия к социальным платформам может упасть — ведь если «все вокруг фальшивое, то какой смысл сидеть в соцсетях?».