Старые мемы казнета вернулись — но не такими, какими мы их помнили. Искусственный интеллект переписывает старые сюжеты, создает новые концовки и превращает знакомые лица в героев новых историй. Всё это стало возможным благодаря генеративной модели Veo 3, которая покоряет мировой интернет.
Бахтияр Балташев разбирается, как ИИ участвует в формировании новой мем-культуры казнета.
Veo 3: Новая контент-машина
С лета 2025 года казнет заполонили мемы, созданные при помощи ИИ-генератора Veo 3. 20 мая Google представил свою новую генеративную модель. Популярность Veo 3 обрела за счёт возможности создавать видео сразу с озвучкой, музыкой и липсингом в разрешении 720p. Самая важная особенность модели — генерация речи на любом языке, в том числе и на казахском.
С развитием конкурентов Veo 3 стала доступнее. Если на релизе доступ к ней был только из США по подписке Google AI Ultra за 250 долларов, то сейчас «потрогать» модель можно начиная с базовой подписки Google AI Pro за 20 долларов. Для всех желающих существуют также сервисы, продающие генерации в районе 400 тенге за штуку. С 30 июня модель была включена в тариф Beeline.
В 2025 году Veo 3 стала самой быстрорастущей AI-видеомоделью в мире. Всего за три месяца после выпуска с её помощью было создано более 70 миллионов роликов.
Для создания восьмисекундного видео требуется всего лишь короткий текстовый запрос или фотография исходника. Доступность, простота, высокое качество и эксклюзивная функция генерации видео на казахском породили череду трендов в казнете. Помимо банальной копирки западных мемов с переводом на казахский, Veo 3 создала целый тренд на AI-бабушек. Бабули на видео рекламируют знаменитый сет «Чё там», участвуют в четвёртой мировой войне шиноби, разрушают Коноху и задорно читают рэп.
@neuro_vision0 #ai #aivideo #aivideos #veo3 #animeedit #viralanime #foryouu #animelover #kazahstan #grandma #бабушка #narutoshippuden #narutouzumaki #narutoedit #akatsuki #shinobi ♬ оригинальный звук – NeuroVision
Такой гибкий инструмент пришёлся по душе пользователям — всего за несколько месяцев в ленты TikTok и Instagram вернулись герои старых мемов казнета в новой AI-обработке.
Большая часть этих мемов — альтернативные варианты оригинальных видео. Старые ролики зачастую получают «хорошую концовку», и герои избегают конфликтных ситуаций. Например, знаменитое видео «Мен Назарабаевтың баласымын» превратилось в поэтичное «Мен адам баласымын», а «Братандарым жоғарыда жұмыс істейді» — в скромное «Ағаларым қарапайым адамдар». Другие истории старого интернета были рассказаны с новой перспективы: вирусное видео-интервью «570 тенге бердім» получило развитие в виде ответа девушки, которая отрицает причастность к инциденту.
@azamatizatorrr13Сіз бұл кісіге сенесіз бе?♬ оригинальный звук – Azamat A.A.
О популярности казахских мемов
Чтобы понять причины популярности «ремейков» казахских мемов, надо разобраться в матчасти. Казахстанское сетевое комьюнити имеет высокий порог вхождения. На фоне роста интереса к национальной идентичности среди молодёжи, казнет всё чаще консолидируется вокруг «своего». Российские инфоповоды перенимаются всё реже, а западные — наоборот, доходят напрямую.
С этой точки зрения высококонтекстная среда казахских мемов служит границей между «своим» и «чужим». Профессор Колледжа Шамплейн Линдси Гудвин пишет о локальных шутках:
«According to social psychologists Baumeister and Leary (1995), the need to belong is a fundamental human motivation. We’re wired to seek connection, and inside jokes provide micro-signals that say, “You’re one of us”.»
«Согласно исследованиям социальных психологов Баумейстера и Лири (1995), потребность в принадлежности является одной из основных мотиваций человека. Мы запрограммированы на поиск связей, и внутренние шутки являются микросигналами, которые означают: “Ты один из нас”.»
Казахские мемы эндемичны, и требуют понимания культурного контекста. Герои видео говорят на казахском с примесью русского, неологизмов, и часто отсылают к местным реалиям и брендам. Например, герой видео «Баха звандама маған» упоминает «көк пакет айген» — деталь, без которой мем теряет значительную часть своей юмористической составляющей. Этот ролик также был переделан под нативную рекламу IT-курсов.
@intern_ai Баха болмай-ақ қой. InternAI-ды қолдан да, дұрыс стажировка тап. Бахаларды белгилендер! Ссылка профильде – internai.pro!! #InternAI #Темки #Баха #талапкер #Temki #бомж #темщик #алматы ♬ оригинальный звук – InternAI
Ранее предпринимались попытки популяризировать казахстанские мемы вне казнета. Так, пранк-звонок «Геодезическая 12» на короткое время завирусился в рунете, но не продержался в трендах из-за языкового барьера. Всё, что было в казнете, остаётся в казнете. Кроме разве что легендарного шампуня «Жумайсынба».Локальность и языковой барьер не позволяют нашим мемам просочиться в рунет. При этом казнет давно разделён на два сегмента — казахоязычный и русскоязычный. В научной статье «Интернет и СМИ: проблемы и перспективы Казнета» описана проблема сегрегации двух миров:
«В Казахстане с момента появления интернета возникли и существуют два параллельных информационных мира — русскоязычный и казахскоязычный. Несмотря на то, что существуют они в рамках одного государства, попытки их объединить практически не предпринимаются».
Высококонтекстный характер казахских мемов требует глубокого погружения в мем-культуру. Нужно знать не самые свежие инфоповоды, уметь определять мем по ключевым словам, а иногда — и вовсе по одному хэштегу.
О причинах ренессанса
Задаваясь вопросом о причинах ренессанса казахских мемов, стоит обратиться к опыту рунета. Veo 3, по причинам санкционных блокировок, используется значительно реже в российском медиапространстве. Однако даже редкие мемы энтузиастов, обходящих блокировки, показывают иную картину. Всё те же образы безбашенных пенсионеров, форматы лайф-блогов из времён античности и переделки западных трендов. Никакого ренессанса древних мемов рунета не наблюдается.
В отличие от казахстанских, российские мемы использовались в медиасфере не только как локальные шутки: на YouTube до сих пор популярна интеграция старых мемов в повествование (как делает, например, BadComedian). Их герои остались в гифках и стикерпаках и используются в переписках.
А вот отечественные мемы не получили такой реализации — для них банально не было площадки. В массовом сознании остался незакрытый гештальт. Комедийный потенциал мемов остался нераскрытым, а искусственный интеллект смог решить эту проблему.
Будущее казахстанского мем-пространства
Ренессанс подразумевает возвращение к истокам. Казнет переосмыслил своё прошлое через призму новейших технологий и закрыл гештальт. Дальше — только вперёд: создавать новые нарративы и смыслы.
Уже сейчас появляются каналы, посвящённые казахскому brainrot и shitpost-контенту (boqpost, thesouthside667). Такие мемы работают по принципу «дифферанса» Жака Деррида — их смысл рождается в цепочке отсылок и понятен только в контексте глобального форса. Например — форс «Пескаблок лақтыру», породивший череду продожений и локальный «Peskablok Core».
@mahavok Peskablok Core #kazakhstan #fyp ♬ оригинальный звук – Telephone of Kazakhstan 🇰🇿
В абсурдистском мем-потоке нет места стагнации и старым героям. Инфополе и без того перегружено бесконечной чередой отсылок и форсов нового интернета. Казахский мем-ренессанс — лишь короткая передышка и привет из прошлого, в контексте постмодернистского движения сети. Нейросети не заменят обычные мемы — ровно так же, как фотоаппарат не заменил художников.
