«Почему она не может просто уйти?»: эволюционные корни гендерного насилия 

«Почему она не может просто уйти?»: эволюционные корни гендерного насилия 

В США существуют исследования, показывающие, что 75% пострадавших от гендерного насилия не обращаются в правоохранительные органы. Оставшаяся четверть зачастую не расследуется. Часто жертва и насильник приходят к «мирному урегулированию». 

Точную статистику для Казахстана мы пока не знаем, но ни для кого не секрет, что проблема гендерного насилия огромна. Дэвид Басс, автор книги «Почему мужчины делают это: корни сексуального обмана, домогательств и насилия» исследует, в том числе, вопросы насилия над партнёром со стороны мужчин. Пытаемся вместе с исследователем разобраться в эволюционной психологии насильников и их жертв.

Насилие над интимным партнёром

Наиболее частые случаи насилия, с которыми сталкиваются женщины – это насилие со стороны собственного супруга, сожителя или просто бойфренда. В социологии и психологии такое явление называются НИП – насилие над интимным партнёром. Под это определение попадает не только избиение мужем жены, но и множество других феноменов. Например, принуждение к уходу с места работы, отчислению из университета, угрозы физическим насилием. Не менее значительной проблемой являются и различные формы экономического насилия: «восседание на шее» партнёра или, в другом виде, ограничение его экономической самостоятельности, вплоть до выдачи средств, едва обеспечивающих физическое выживание.

Для того, чтобы снизить частоту возникновения насильственных ситуаций, необходимо чётко понимать его причины. Что мотивирует мужчин проявлять насилие в отношении женщин? Природная агрессия или существующие социальные институты? А может, что-то между? Когда о случаях насилия становится известно широкой публике, в комментариях к новостным заметкам об этом можно увидеть предположение о вине жертвы и жаркие споры по поводу виктимблейминга. Насилию над женщиной нет никакого оправдания, не существует ситуации, в которой такое поведение может быть рассмотрено как приемлемое. Тем не менее, мы ищем не оправдание, а объяснение – понимание глубинных причин того, как и на какие спусковые механизмы в психике насильника воздействуют внешние раздражители.

Эволюционный психолог Дэвид Басс в книге «Почему мужчины делают это» описывает три основные теории происхождения такого насилия: о патологической природе, о социальном обучении и патриархальных стереотипах.

Работа художницы Анны Гибсон.

Теории происхождения насилия

Теория, предполагающая патологическую природу в основе насильственного поведения в паре, говорит о том, что корнем подобного поведения являются расстройства привязанности. Например, мужчины с ненадёжной привязанностью чрезмерно тревожны и недоверчивы. Они боятся потерять партнёра и в связи с этим значительно более агрессивны. Это лишь один пример из группы теорий – патологическую природу насильственного поведения объясняют и с помощью ПРЛ, и других расстройств. Так или иначе, в основе их лежит идея о том, что к насилию приводят в первую очередь нарушения в самом насильнике.

Идея о социальном обучении, напротив, смотрит на проявление насилие как на адаптивную социальную форму: если мальчик в детстве наблюдает за тем, как отец бьёт мать, то такое поведение служит для него ролевой моделью для взаимодействия с женщинами в будущем. Социальное обучение – способ подстроиться под собственное окружение. Недостаток этой группы теорий состоит в том, что они плохо объясняют проявления насилия со стороны мужчин, которые выросли и живут в ненасильственной среде.

Объяснение через патриархальные стереотипы основывается на том, что насилие мужчин над женщинами является следствием гендерного неравенства в обществах. Этот подход является наиболее распространённым. Насилие осуществляется в разных формах, оно бывает не только физическим, но и эмоциональным, экономическим и прочим. Мужчины применяют насилие просто потому, что видят в нём наиболее надёжный способ сохранения власти над женщинами как группой. С такой точки зрения проблему гендерного насилия совершенно невозможно решить, не избавив мужчин от патриархальных убеждений и не изменив полностью все социальные институты.

Функциональная логика насилия

Человек – существо телеологическое. Проще говоря, все действия, которые совершают представители нашего вида, выполняются ими не только по какой-то причине, но и с какой-то целью. Не только почему, но и зачем. У насилия должна быть функция, а если смотреть на ситуацию глазами насильника, то должны быть цели, которые он преследует, и для которых насилие служит средством.

Дэвид Басс не отказывает ни одной из теорий в правильности. С его точки зрения все они имеют место, но недостаточно глубоко подбираются к первопричинам насилия над интимным партнёрам. Теории упускают из виду его функциональную логику: для чего и почему самые психологически различные мужчины используют насилие в самых разных обществах и самых разных социальных окружениях? Насилие мужчин по отношению к женщинам, пишет Басс, эволюционно в значительной мере связано с контролем над женской сексуальностью – именно он выступает и основанием, и конечной целью подобного поведения.

С точки зрения эволюции, которой чужды наши моральные оценки, женское тело и доступ к нему являются наиболее ценным активом для мужчин. Его потеря – это полный эволюционный провал. Мужчины нередко эволюционно рассматриваются женщинами в аналогичном ключе – как защита или источник ресурсов. Это означает, что оба пола прикладывают значительные усилия для того, чтобы сохранить верность партнёра.

Удержать выгодную партию можно двумя стратегиями – предоставлением выгод или причинением страданий. Если осуществлять самые сокровенные желания своего партнёра, то он будет полон решимости продолжать отношения, они будут обладать для него ценностью сразу по ряду причин. В идеальном мире, несомненно, все поступали бы именно так, но большинство людей, увы, ограничены возможностями реальности. Следует ли объяснять, что использование второго способа осуществляется намного легче и является гораздо менее затратным? Когда у человека недостаточно благ, которыми он мог бы делиться с партнёром, привлекательность насилия как способа удержания значительно возрастает.

В то же время насилие – практически всегда не основная тактика. Зачастую, оно становится последней попыткой принудить женщину остаться именно в тот момент, когда она испытывает наибольшее желание прекратить отношения. Для насильника использование этой стратегии тоже оказывается рискованным: он рискует навредить собственной репутации, столкнуться с местью со стороны женщины или её союзников (друзей или родственников), а иной раз, хотя и редко, и вовсе оказаться в тюремной камере. Поэтому к насилию мужчины прибегают только в некотором состоянии отчаяния в том смысле, что другие способы оказались недостаточно действенными для достижения их сомнительных с моральной точки зрения целей.

Работа художницы Энн Кьернан.

Как насилие действует на жертву?

Когда ценность партнёров значительно расходится (например, у одного значительно больше ресурсов, их социальный статус выше и т.д.), у более ценного появляется соблазн сменить пару на кого-то более соответствующего. Он осознаёт свою привлекательность на брачном рынке, и второй партнёр (чаще, конечно, мужчина) прибегает к ужасным методам удержания партнёра. Но как в этом помогает насилие?

Во-первых, насилие снижает самооценку жертвы – на эту проблему жалуются почти все женщины, пострадавшие от насилия со стороны партнёра. Сниженная самооценка не позволяет женщинам осознавать свою большую партнёрскую ценность относительно выбранного мужчины, а в крайнем случае и вовсе заставляет считать, что их избранник – единственный, кого они достойны. Во-вторых, физические следы насилия приводят к стыду жертвы. Женщины часто скрывают косметикой или одеждой побои, Стыд вынуждает жертву скрывать сам факт насилия, что ещё больше приковывает её к текущему партнёру и не позволяет вмешаться внешним участникам, поскольку в состоянии стыда жертва начинает самоизолироваться от круга общения. В-третьих, насилие изменяет компромиссное соотношение благополучия – это некоторый баланс прикладываемых усилий в отношения. Фактически, жертва начинает «ходить на цыпочках» и вести себя так, как требует насильник, чтобы снизить количество избиений или других проявлений жестокого обращения.

Женщина, партнёр которой склонен к жестокому обращению, почти всегда лишена работы и своих доходов – это автоматически сужает круг её общения и лишает экономической самостоятельности. Сюда же добавляется и газлайтинг – не просто разовая фраза вроде «ты всё выдумываешь», а систематическое психологическое давление, убеждение в ином состоянии реальности и практически зомбирование. Всё это ведёт к конечной цели насильника – полному привязыванию жертвы к себе и исключению любой возможности отсутствия контроля над её сексуальностью.

Работа художника и граффитиста Banksy.

Какие мужчины склонны к насилию?

Если цели, мотивы и эффекты насилия более-менее на поверхности, то вопрос о том, как же определить потенциального агрессора, остаётся открытым. Очевидно, что не все мужчины используют насилие для удержания партнёра – большая их часть стремится к мирному урегулированию любых вопросов, и доля не-насильников только растёт с каждым годом. Но какие же мужчины склонны к насильственным методам?

Самый точный ответ – разные. Есть, однако, некоторое число психологических характеристик, которые повышают вероятность проявления насилия по отношению к партнёру. В их числе, например, так называемая «тёмная триада» – сочетание и разное взаимоотношение макиавелизма (склонности к манипулированию и использованию людей в своих интересах), нарциссизма и психопатии (важнейший компонент – отсутствие эмпатии). Самой важной чертой здесь является последняя – она наиболее важный предиктор того, что мужчина прибегал или в будущем будет прибегать к насильственному удержанию партнёра. Наибольшие опасения вызывает тот факт, что это работает даже для тех представителей мужского пола, чья выраженность психопатии находится в пределах нормы.

В категорию рисковых партнёров попадают и люди с пограничным расстройством личности. Признаками расстройства являются выраженный страх оказаться брошенным, резкие перепады настроения, неконтролируемую ярость, неустойчивое самовосприятие и разрушительное поведение. ПРЛ повышает риски ещё и потому, что расстройство начинает работать как самосбывающееся пророчество – мужчина находится в постоянном страхе потери партнёра, который даже и не хотел уходить, повышает контроль, уровень ревности и прочее, а вместе с тем и желание женщины прекратить отношения. Когда опасность становится реальной, насилие начинает казаться ему единственным выходом.

Хотя всё это, несомненно, пугает, нужно понимать, что эволюция жестока, но не безразлична. Если мужская половина человечества эволюционировала с использованием насилия как инструмента, то женщины, находясь в гонке вооружений с собственными партнёрами, тысячелетиями вырабатывали стратегии защиты – например, окружение себя многочисленными родственниками, особые методы воспитания детей или даже собственные насильственные методы. Обо всём этом подробнее можно прочитать в книге Дэвида Басса «Почему мужчины делают это: корни сексуального обмана, домогательств и насилия».

Читайте также
Читайте также
Читайте также
Читайте также
Читайте также
Читайте также
Читайте также
Читайте также
Читайте также
Читайте также
Читайте также
Благотворительный показ фильма в поддержку пострадавших от паводков пройдёт в Алматы
Город
#события
Благотворительный показ фильма в поддержку пострадавших от паводков пройдёт в Алматы
Закон «О масс-медиа» прошёл чтение в мажилисе: что изменится?
Ликбез
#общество
Закон «О масс-медиа» прошёл чтение в мажилисе: что изменится?
Hermès опередит Louis Vuitton в звании самого люксового бренда
Бизнес
Hermès опередит Louis Vuitton в звании самого люксового бренда
«Solo Leveling»: что это было?
Культура
#кино
«Solo Leveling»: что это было?
Уволить нельзя оставить – как Condé Nast «передерживает» сотрудников, которых не может уволить
Бизнес
Уволить нельзя оставить – как Condé Nast «передерживает» сотрудников, которых не может уволить