«Одиссея» Кристофера Нолана вызвала широчайшее обсуждение не только из-за культурной значимости экранизации, но и в связи с выбором актёров, который многие сочли или неудачным, или политизированным.
Но выбор Кристофера Нолана был обусловлен и практическими, и художественными целями, дополняющими друг друга. Почему Лупита Нионго на самом деле отлично подошла на роль Елены Троянской, а миф — это больше, чем художественная история, рассказывает Данил Степанов.
Восприятие
«Одиссея» Кристофера Нолана стала одним из самых ожидаемых фильмов этого года. Вместе с фильмом пришло и широкое обсуждение.
Многие люди оказались недовольны подбором актёров, поскольку интернациональный каст в общественном восприятии плохо сочетается с историей, которая, на первый взгляд, исключительно греческая. Больше всего вопросов вызвал выбор Лупиты Нионго для роли Елены Троянской, но в фильме есть и другие актёры, внешность и этническое происхождение которых для многих показались несоответствующим представлению о главном европейском эпосе.
Учитывая то, что репрезентация представителей разных этносов и культур в последние пятнадцать лет была центральной политической темой, сопровождающей кинематограф, выбор актёров и в «Одиссее» был воспринят многими как политический жест. Но для Кристофера Нолана это нехарактерно. Каст он выбирал по более глубоким причинам и, главное, точно с ним не ошибся. Почему?
Миф
В чём разница между «Одиссеей» Гомера и, например, «Грозовым перевалом» Эмили Бронте? Оба произведения получили экранизацию в этом году, но споров о второй практически не слышно, хотя вероятность того, что средний зритель прочёл книгу до фильма низка и там, и там (может быть, она даже выше для романа Бронте). Но разница действительно есть.
«Грозовой перевал» или любое другое литературное произведение — это конкретная история о конкретных людях, проживающих конкретные события в конкретной эпохе. Они очень плохо поддаются противоречивым интерпретациям, выстраиванию параллелей с другими историями или реальностью.
«Одиссея» — это миф, который лёг в основу представлений о себе одной из важнейших классических цивилизаций. Логика мифа сильно отличается от логики художественной литературы в привычном смысле. Каждая эпоха интерпретирует его по-своему: одним образом в декламациях традиционных греческих рапсод, другим — в картинах художников Ренессанса, совершенно иным — в кинематографе XXI века.
Это возможно во многом потому, что в мифе нет персонажей таких, какими мы привыкли их видеть. Они — образы, конкретное воплощение которых зависит от художественных представлений интерпретатора. Из этого следует, что искать в них исторические образы и полные визуальные реконструкции античных лиц — это полное непонимание того, как устроена природа эпоса.
Телемах и Елена
В выборе каста Нолана действительно важны две вещи. Во-первых, его желание работать с актёром и профессиональные навыки последнего, во-вторых, воплощение через них собственного представления истории. Хорошо доказывает это не только Нионго в роли Елены, но и Том Холланд в роли Телемаха.
У Гомера нет ни строчки описания внешности Телемаха, а между тем сын Одиссея — это главный герой всего повествования. Но есть ли у кого претензии к выбору актёра на эту роль? Нет, потому что мифический образ дал всё необходимое, чтобы Холланд в нашей современности был идеальным выбором, а зрительское представление о персонаже совпало с режиссёрским.
Телемах — потерянный юноша, никогда не видевший отца, инфантильный, прикованный к Пенелопе, неуверенный в себе и едва начинающий свой путь взросления. Он не знает, жив ли его отец, а значит и не знает, кто он сам — наследник или уже законный царь Итаки? И здесь нет ни слова о внешних признаках, но по характеристикам угадывается бледный, субтильный кудрявый мальчик с миловидным лицом — иными словами, Том Холланд. Его лицо соответствует представлениям нашей эпохи о том, как образ мифа ложится в образ визуальный.
Похожая история с Еленой. Миф намеренно игнорирует её внешность, потому что важны не конкретные детали, а сам факт её красоты, резко выбивающейся из привычного окружения. «Лицо, спустившее на воду тысячи кораблей», должно быть узнаваемым, сильным и резонансным — и оскароносная Нионго отличный выбор, если целью было отображение всей выразительности и уникальности красоты Елены Троянской. Сам факт обсуждения отлично демонстрирует, что этой цели Нолан добился.
Историческая точность
Мы давно привыкли к расисткому восприятию в том смысле, что раса вообще имеет хоть какое-то значение и обращает на себя внимание. Античный мир в этом отношении значительно более открытый. Греки древности, конечно, не были идеалом толерантности или культурной интеграции, и всех, кто отличался от них, считали варварами. Но это никогда не было вопросом этнического происхождения или каких бы то ни было внешних характеристик — речь всегда шла только о культуре.
Отдельные прегрешения в этом отношении у эллинов существовали, например, географический детерминизм вполне приписывал людям некоторые врождённые свойства, вызванные средой их формирования, но это не было направлено против египтян или темнокожих представителей Африки. Важнее было просто доказать, что сама земля полисов и философии — идеал для формирования общества. Это хорошо аргументируется и тем, что в столь жестоком рабовладельческом строе выбор рабов внешними характеристиками не обуславливался. Рабами были такие же греки, которым не повезло родиться в доме свободного гражданина или оказавшиеся на проигравшей стороне в войне.
Теперь же Илон Маск публикует трейлеры ИИ-фильма со светловолосой и голубоглазой Еленой, которая занимает центральное место в трейлере всего на 40 секунд. Глава SpaceX называет это исторической точностью, но в действительности его Елена — это глупый расистский упрёк в сторону каста Нолана, неспособность осознания художественной задачи, которую мы обсуждали выше. Учитывая, что у нас нет ни внешних описаний Елены, ни достоверных сведений о её существовании вообще, всё это выглядит просто смешно.
Представление о светловолосой и голубоглазой Елене — это проекция собственных представлений о красоте. Оно имеет право на жизнь, но едва ли чем-то содержательно отличается от того, что сделал Нолан, когда тоже выбрал резко выбивающуюся из фенотипа обычных древних греков актрису. Только режиссёр «Одиссеи» не прятал собственное неприятие в маску исторической точности — такого неприятия у Нолана, учитывая его настоящий colorblind-подход, просто нет.
Общее достояние
Будучи древнейшим широко известным эпосом, «Одиссея» давно перешагнула за статус чего-то, принадлежащего одной культуре или цивилизации — это действительно общечеловеческое достояние, полностью универсальное как сюжетно, так и тематически.
Никто не спорит о выборе Уилла Юн Ли на роль Анхиала или даже Мэтта Деймона на роль самого Одиссея, хотя внешность и того, и другого едва ли соответствует внешности античных греков. По исключительно политическим причинам обсуждают только темнокожих актрис в лице Лупиты и Зендеи, хотя именно они воплощают то, чего хотят такие комментаторы — исключают мысль о политическом подборе актёров. Нолан не подстраивался под общественные веяния, а выбрал способ для идеального воплощения мифа в его современном прочтении — с вызывающим кастом, с яркими образами и интерпретацией, лишённой попыток уложиться в стандарты.
