У всех нас есть мечты, которые мы по глупости и неопытности завели ещё в юношестве и которые одинокими вечерами неприятно сдавливают нам грудь. Сегодня, когда любая жизнь в угоду алгоритмам должна быть конвертирована в удобоваримую историю успеха, быть мечтателем непросто. И особенно тяжело оставаться им, когда тебе уже далеко не 20 лет, а реальность по-прежнему отказывается приближаться к твоим мечтам.
Именно в такой сложной ситуации мы находим главного героя Хван Дон Мана (Ку Гё Хван), который вот уже двадцать лет готовится к своему дебюту в кино. Дон Ман — один из «Группы восьми» — объединения кинематографистов, начинавшего как команда мечтателей-единомышленников из киноклуба. За прошедшие двадцать лет все они — кто-то раньше, кто-то позже — успели стать успешными режиссёрами и продюсерами.
И только Хван Дон Ман так и остался мечтателем без гроша в кармане. Целыми днями он торчит у кинопроектора, ругает фильмы своих коллег в интернете, пишет никому не нужные сценарии и разглагольствует о безусловном величии своих неснятых картин. Жизнь его настолько одинока и незначительна, а амбиции так велики, что после бессонных ночей он взбирается на крышу и кричит оттуда своё имя, чтобы хоть так быть услышанным. Чтобы хоть так заявить, что он всё ещё существует.
Успешные друзья стесняются и тайком презирают Дон Мана, который слишком жадно ест и слишком много говорит для человека, который слишком малого достиг. Они видят в нём неудачную версию себя и потому сторонятся. Наш неудачник умиляет своей несгибаемостью на фоне успешных друзей, но он совсем не так простодушен, как может показаться на первый взгляд. Чувствуя презрение коллег, он вечно пытается возвыситься над ними, высмеивая их творческие потуги и раздавая непрошенные советы.
Дон Ман отчаянно боится сделать первый шаг к своей мечте, много прокрастинирует и мечтает о лучшей жизни. Ему комфортно в этой суперпозиции, ведь пока ты ничего не снял, неизвестно — гений ты или бездарность. Говорить можно только о потенциале, срок годности которого уже давно истёк. Да и успех его коллег начинает рассыпаться, когда сюжет даёт рассмотреть их повнимательнее. Например, главный соперник Дон Мана режиссёр Пак Гён Сэ (О Джон Сэ) не может оправиться от провала последней картины и втайне считает, что обязан карьерой своей продюсерке и жене Ко Хё Джин. А продюсер Чхве Дон Хён в погоне за карьерой растерял последние крупицы человечности.
Раздражение ко всем ним быстро сменяется сочувствием, которое только усиливает интерес от их столкновений. Ведь, как правильно замечает одна из героинь, всё, что отличает их от Дон Мана, это снятые картины — в остальном они так же страдают от неуверенности в себе, боятся за свои места и хотят быть замеченными и услышанными. В их многолетней дружбе всегда остаётся место для конкуренции, поэтому восхищение идёт рука об руку с завистью. Каждый здесь заражён подлым чувством тревоги, рождаемым бесконечным сравнением себя с окружающими. Словом, все они здесь стараются и все борются со своей никчёмностью.
Отказавшись от примитивного разделения на хороших и плохих, прожжённых карьеристов и романтических неудачников, успешных и талантливых, сериал предлагает вместо этого углубиться в жизнь героев за пределами этих ярлыков. С удивительной честностью и психологизмом нам раскрывают двойную жизнь каждого из персонажей. И речь не о роялях в кустах, а о живых людях, прячущихся за огрубевшими социальными масками. О подавленных эмоциях, спрятанных за внешним благополучием или, напротив, склонностью к прекрасному, скрытой за убогой повседневностью и экзистенциальным ужасом.
Карьера Дон Мана наконец-то сдвигается с мёртвой точки, когда он встречает Бён Ын А — продюсерку, заслужившую себе славу среди сценаристов своей точной и жёсткой критикой. Обманчиво собранная и безэмоциональная, она тоже борется с внутренними демонами и травмами прошлого. С Дон Маном её сближает в первую очередь гнетущее ощущение инаковости, отвергнутости и… того невыразимого чувства, к которому они оба не могут найти подходящего слова. И которое заставляет её нос кровоточить, а его топтаться на одном месте уже двадцать лет.
Внутренний мир персонажей раскрывается гораздо изобретательнее прямолинейных диалогов. Сериал погружает нас в их фантазии, ломая границы реальности, оставляет намёки в их творчестве, на экранах девайсов и в сообщениях в групповых чатах. Уязвлённый Пак Гён Сэ буквально стреляет глазами в надоедливого Дон Мана и, вдохновившись ссорой, пишет сценарий о «полиции кармы», которая будет устранять неприятных людей. А серая комнатушка последнего цветёт буйным садом, когда к нему наконец-то приходит вдохновение.
«Каждый борется со своей никчёмностью» — это обнадёживающая ода неудачникам, не превращающаяся в историю об андердоге, который получает шанс доказать всем свою ценность. Напротив, нас подталкивают к мысли, что важнее перестать смотреть на себя через призму достижений и отыскать эту ценность в самом себе. Герой не мчится сломя голову через бесконечные тернии к звёздам, он пытается вырваться из когтей оцепенелой тревоги при помощи творчества и любви. Ведь некомпетентнее всех не сапожник без сапог и даже не режиссёр, не снявший ни одной картины, а человек, неспособный на человечность.
