Первоисточник
Готический роман Эмили Бронте вышел в 1847 году и рассказывал о разрушительной любви сироты Хитклиффа и дочери его помещика Кэтрин. Воспитанные как брат и сестра, возлюбленные выросли в диких йоркширских пустошах, но так и не смогли быть вместе из-за классовых предрассудков. Над парнем издевались хозяева усадьбы, а об их союзе с Кэтрин не шло и речи. Тогда девушка вышла замуж за богатого аристократа и заставила Хитклиффа исчезнуть. Спустя годы он вернулся в поместье другим человеком — разбогатевшим, холодным и одержимым местью. Он так и не смог забыть Кэтрин.
Роман Эмили Бронте полон жестокости и одержимости, в нём почти нет света, морали и положительных героев. Её описания природы вязкие и укачивающие, а любовь всегда граничит с садизмом и болью. Критики 1847–1848 годов называли книгу вульгарной и шокирующей — писательница явно бросала вызов викторианским идеалам. Именно эта радикальность и сделала роман вечной классикой; произведением, которое невозможно экранизировать. Почти никому ещё не удавалось передать то тёмное чувство обречённости и обиды.
Эмеральд Феннелл
В своих интервью режиссёрка неоднократно повторяла, что это не буквальная экранизация, а личная фантазия, вдохновлённая тем, как она воспринимала книгу будучи подростком. Феннелл признавалась, что тогда она заполняла пробелы в воображении: додумывала сцены, эмоции и детали, которых ей «не хватало» в тексте, — и именно этот эмоциональный образ она взяла за основу будущего фильма.
«Я хотела сделать что-то, что заставит меня почувствовать то же, что я ощущала при первом прочтении. Это эмоциональный отклик: примитивный, сексуальный, полный садомазохизма».
Феннелл также объясняла кавычки вокруг официального названия фильма («“Wuthering Heights”»):
«Невозможно адаптировать такую плотную, сложную и трудную книгу буквально. Я не могу сказать, что снимаю «Грозовой перевал». Это невозможно. Что я могу сказать — я снимаю свою версию. Есть версия, которую я помню из детства, и она не совсем реальна. И есть версия, где я хотела, чтобы происходили вещи, которых в книге никогда не было».
Она подчёркивала, что у таких культовых произведений не может быть «правильной» экранизации — каждый автор создаёт свою интерпретацию. Так выглядит её способ защитить проект от обвинений в неуважительном отношении к оригиналу и способ подчеркнуть свой яркий режиссёрский стиль.
Противоречия
С момента выхода первого тизера в Сети до сих пор активно обсуждают противоречивые режиссёрские решения. Всё началось с кастинга австралийца Джейкоба Элорди на роль Хитклиффа — при том, что в книге есть явные отсылки к его ромским корням. Одни уверяют, что такой выбор противоречит главному смыслу романа, другие же ссылаются на то, что это не дословный пересказ, а авторская фантазия на тему. Интерес Феннелл к сексуализации остаётся главной движущей силой фильма. Зрители с тестовых показов рассказывали об эпизодах с БДСМ-практиками.
Также можно сказать и о радикальном переосмыслении викторианского антуража. В одном из видео со съёмок члены команды рассказывали, что иконическая усадьба в фильме будет представлена совсем иначе. Например, в одной из комнат стены якобы обиты кожей, «снятой» с героини Марго Робби, над кроватью висит балдахин из заплетенных человеческих волос, а внутри расставлены крошечные металлические насекомые и бра в форме рук. Или странная клубника гипертрофированного размера, которую едят героини на одном из официальных кадров. Всё это создаёт ощущение лихорадочного сна при температуре, где смешался современный гротеск и старинный дух романа.
Аналогичную реакцию вызвали костюмы фильма. Вместо строгих викторианских платьев, Феннелл и оскароносная костюмерша Жаклин Дюрран создали эклектичный, намеренно абсурдный гардероб — смесь истории, голливудского гламура и кэмпа. В промо-роликах Кэтрин появляется в полупрозрачных свадебных нарядах образца 1980-х, блестящих платьях из латекса, красных солнцезащитных очках в стиле Элтона Джона или в средневековых корсетах. Хитклифф тоже далёк от классического образа — викторианский бродяга с золотыми грилзами и кожаными перчатками без пальцев.
Саундтрек к фильму стал ещё одним поводом для интернет-грызни. Его написала Charli XCX, эстетика которой не вписывается в мир Бронте. Однако, именно поэтому Феннелл и обратилась к ней. Чарли записала полноценный альбом оригинальных треков, который выйдет в день премьеры фильма ко Дню всех влюблённых. В трейлере уже звучала оркестровая версия трека «Everything Is Romantic», которая моментально обрела вторую жизнь. Нестандартные стратегии Warner. Bros и команды Феннелл явно работают.
Главная теория
Самая интригующая догадка сводится к мысли, что всё происходящее в фильме — это фантазия женщины, читающей роман в наше время. Как и Феннелл, которая познакомилась с книгой в детстве и не смогла избавиться от навязчивых мыслей, так и героиня Марго Робби представляет себя главной героиней «Грозового перевала», смешивая собственные эротические фантазии и современные желания с текстом романа Бронте. Фильм выходит в прокат 12 февраля — тогда и станет ясно, попались ли мы на очередную провокацию британской постановщицы. И какое место в этой картине занимает любовь к недоступному и почти запретному первоисточнику.
